«Вы – будущее нашей страны!»

«Вы – будущее нашей страны!»     Сердце бешено стучит. В глазах беспокойство. На душе какая-то тревога. Разные чувства обуревали меня, пока я стояла перед дверью квартиры номер семь. Сейчас я переступлю порог и встречусь с удивительным человеком – ветераном Великой Отечественной войны, встретившим победу в Германии.

     В руке пакет с апельсинами и пряниками. Звонок. Дверь распахнулась. От яркого света я невольно зажмурилась.

     – З-з-дравствуйте! – немного заикаясь, пробормотала я. – Меня Таней зовут. Помните, я вам звонила? Договаривалась о встрече?

     – Здравствуй! Конечно, помню. Я дочка Алексея Владимировича, Наталья, – приветливо ответила женщина.

     Ей было за сорок. Открытое лицо, ясные голубые глаза и тёплая улыбка сразу расположили меня к этому человеку.

     – Да ты проходи! Не стесняйся! – сказала она.

     Вот он, момент. Я так ждала его! Затаив дыхание, будто боясь спугнуть кого-то, я вошла.

     На стенах множество фотографий. Вот Алексей Владимирович с маленькой Наташей обнявшись сидят на лавочке. Глаза отца так и сияют счастьем и безмерной любовью к дочери. Я перевела взгляд на другую фотографию, очень старую, порванную в некоторых местах. На ней был запечатлён маленький голубоглазый мальчишка, сидящий на стульчике. Его глаза весело искрились. В руках был красный мячик. Внизу подпись – «1925 год. Алёше годик». Странно вот так смотреть на ребёнка и знать, что в будущем ему предстоит тяжёлое испытание, которое он мужественно вынесет. Он не сломается и не отступит, а дойдёт до самого конца!

     Ещё один снимок привлёк моё внимание. На нём Алексей Владимирович задумчиво глядит в окно, его мысли где-то далеко, взгляд насторожен и серьёзен. Фото датировано июлем 1942 года… Подумать только, уже через полгода юноша уйдёт из дома на фронт. Его родственники и не надеялись, что он вернётся. Вернётся живым… 

     Наталья Алексеевна незаметно подошла ко мне.

     – Ну что? Посмотрела? Пойдём?

     – Да-да!

     Я сильно разволновалась: не каждый день увидишь человека, прошедшего весь ужас войны. Человека стойкого и мужественного, храброго и отважного.

     Я постучалась и вошла в комнату. Яркие лучи солнца просачивались через занавеску и весело бросали свои отблески на поверхность стола. Возле окна в кресле сидел дедушка. Видимо, он не услышал, как я вошла, и продолжал задумчиво смотреть в окно… Я тихонько приблизилась к нему и изумилась его глазам – голубым, полным жизни, эмоций и в то же время какого-то умиротворения. Они смотрели с такой детской наивностью! Но так продолжалось недолго: потом взгляд потух, и в нём отразилась невыносимая мука. Было такое чувство, что Алексей Владимирович вновь и вновь переживает какой-то момент… момент по-настоящему трагичный и страшный. Был ли это один из дней 1943 года?..

     – Здравствуйте, – нерешительно произнесла я.

     Алексей Владимирович медленно повернул голову ко мне. Седые волосы в лучах солнца казались белым пухом, покрывшим всю его голову. Лёгкая улыбка послужила мне приветствием.

     – Здравствуйте, юная леди.

     Мы разговорились.

     – Я уже не помню свою маму, – начал рассказ Алексей Владимирович. – Это было так давно, что её образ давно стёрся из моей памяти. Но вот как она рассказывала мне перед сном сказки, как пела колыбельные своим чистым голосом, как вместе мы ходили в лес за ягодами – это я помню так ясно, как будто всё было вчера.

     Мы уже пили вкусный чай с пряниками и конфетами. Наталья Алексеевна время от времени ухаживала за нами: подливала чай, предлагала съесть ещё конфетку, принесла тёплый плед своему отцу. Потом, тихонько сев в кресло, начала внимательно, в который уже раз, слушать всё, что говорил Алексей Владимирович.

     – Детство я считаю самым счастливым периодом своей жизни. Никаких забот, обязательств. Бывало, вставал рано утром, шёл на речку, прихватив по пути на кухне что-нибудь вкусное: яблоко, пирожок или тыквенные семечки. Ловил рыбу, бегал за яркими бабочками, охотился на лягушек и ящериц, – Алексей Владимирович улыбнулся так, что на щеках образовались ямочки. – Но детство быстро пролетело. И вот мне восемнадцать лет… Я молодой голубоглазый парень. Все девушки тогда начали на меня засматриваться! Но мне нужна была только Катя… Моя Катенька. Она была прелестной девушкой с большими голубыми глазами, густыми каштановыми волосами, вечно закручивающимися у висков, и обворожительной улыбкой. Мы мечтали пожениться, но нашим мечтам не суждено было осуществиться…

     Его лицо враз потемнело, выражение стало каким-то отстранённым. Взгляд устремился вдаль и затуманился. Где-то минуту он молчал, будто собираясь с мыслями.

     – Да… Пятнадцатого января 1943 года я ушёл на фронт. Катя, прощаясь со мной, взглянула на меня так, как люди смотрят друг на друга перед смертью, зная, что больше никогда не увидятся. Она запоминала каждую мою чёрточку, будто пытаясь вырезать в памяти мой образ, как вырезают на деревьях молодые пары признания в любви. Помню, Катя не проронила ни одной слезинки, пока мы прощались. Расстались мы как-то сухо: оба боялись показать свой страх перед разлукой, свои истинные чувства. Сев в машину, я обернулся. Я не мог поверить, что моя милая, нежная Катенька стоит молча! Ведь нам нужно было столько сказать друг другу! Она так и стояла возле дома. Мы медленно начали отъезжать. И вот тут крупная, полная горечи и переживаний слеза медленно скатилась по её щеке. Катя что-то прошептала. Я был уже далеко и не мог услышать слов, но нетрудно было догадаться, что Катя сказала: «Я тебя люблю». Моё сердце в эту минуту наполнилось такой небывалой, сильной, обжигающей любовью к ней, что даже страшное слово «война» не могло изгнать из меня ту нежность, которую я испытывал к своей девушке. Это была наша последняя встреча. Больше мы никогда не виделись. Война отняла у меня Катю. Она отняла у меня всё…

     Горела земля… Горела Волга… Облака пыли и дыма заслоняли солнце, превращая день в ночь. Казалось, что всё живое должно было погибнуть среди этого моря огня. Горела Родина!

     Многое может сделать человек, если он знает, во имя чего борется и кто стоит за его спиной. Все бойцы знали: они защищают любимый город, свою землю, родную Волгу. Да…Сталинград вынес всё. Разбитый, искорёженный, пропитанный кровью, весь в руинах – но непокорённый, несломленный!

     – Помню, мы с другом нашли листок бумаги. Какой-то солдат (наверное, перед смертью) писал: «Не сдавайте врагу наш любимый город! Любой ценой защитите его! Бейтесь так, чтобы слава о вас как о защитниках Царицына гремела в веках!» Нас очень вдохновило это послание. И вечером я прочёл его перед батальоном. На следующий день меня ранили… – Алексей Владимирович тяжело вздохнул. – Госпиталь не люблю вспоминать… В страшных муках провёл я там месяц. Столько раненых, столько стонов, криков, страхов… Именно там у меня впервые появилась бессонница. Я боялся уснуть. Побывав между жизнью и смертью, мы вдруг осознаём, что каждая минута, секунда теперь дороже золота, дороже всех сокровищ мира. Жить хотят все. Один солдат, умирая, прошептал медсестре: «Помни меня и моё храброе сердце!» Потом я узнал, что этот парень, получив двенадцать пулевых и осколочных ран, продолжал строчить из пулемета по врагам, убивая одного за другим… После госпиталя я воевал на Украине, освобождал Венгрию. Закончил войну в Кёнигсберге. Боже… сколько людей погибло!

     Взрывы, грохот танков, гул самолётов, вой снарядов… Дым, гарь… Крики, стоны… Это война.

     В глазах Алексея Владимировича стояли слёзы. Немного помолчав, он продолжил.

     – Был один случай. Тогда стоял декабрь. Наш батальон сделал привал в одной маленькой деревушке. Все отдыхали. А мы с другом пошли прогуляться. Недалеко от опушки стоял дом. На крылечке, сгорбившись и обняв руками колени, сидел мужчина. Он горько плакал. От слёз на его телогрейке образовалось большое пятно. «За что? За что?..» –повторял он.

     – Что с вами? Вам чем-нибудь помочь? – спросил мой друг.

     Мужчина посмотрел на нас. Честно, этот взгляд я запомнил на всю жизнь. Взгляд человека, который остался один на всём белом свете; взгляд человека, брошенного и никому не нужного; взгляд побитой собаки… одинокой и неотомщённой. В моём сердце до сих пор боль за него. Надо было тогда поговорить с ним, расспросить…

     Алексей Владимирович продолжал говорить, а я вдруг вспомнила, что в коридоре была ещё одна фотография: он, уже зрелый мужчина, вернувшийся с фронта к своей семье, стоит в красивом костюме, увешанном большим количеством наград, и гордо улыбается.

     – Алексей Владимирович, а сколько у вас наград?

     – О, много! – улыбнулся дедушка. – Сейчас покажу!

     Он подошёл к шкафу с покосившейся дверцей и достал из него тёмно-синий костюм в медалях.

     – Вот это – орден Боевого Красного Знамени. А это – орден Отечественной войны первой степени, – Алексей Владимирович показывал на разные медали и ордена и всё мне объяснял. – Вот эти медали – «За отвагу», «За взятие Будапешта», «За освобождение Венгрии», «За взятие Кёнигсберга», «За победу над Германией»…

     – Ого… А вот эти? – я показала на другие награды.

     – Это пятнадцать юбилейных медалей дали мне как участнику войны, – Алексей Владимирович посмотрел на свои награды и тихо вздохнул. – Многое мы повидали. Воевали с фашизмом – и русские, и украинцы, и грузины. Для всех он был врагом. Но нас объединяла вера в победу! Вера в наше будущее, будущее наших детей, наших внуков! Молодые люди не должны забывать прошлое. Они должны помнить его и беречь тот мир, в котором мы живём. И если они смогут, я уверен, моя Родина станет самой мощной державой на земле. Вы – будущее нашей страны, и вам жить в этом мире!

     Я навсегда запомню эту встречу с Алексеем Владимировичем, нашу неторопливую беседу, его истории, которые он рассказывал мне своим мягким тихим голосом.

     Когда я вышла от него, стоял чудесный вечер. Наш военный городок потихоньку готовился ко сну. Дети уже не носились по дорогам на велосипедах и роликах, молодёжь давно разбрелась по домам, лётчики возвращались с работы. Как много людей в военной форме! Они защищают страну, как защищали наши деды в годы Великой Отечественной войны.

     Я знаю, что на смену дедам пришли наши отцы, а потом придём мы, и если потребуется, мы защитим нашу Родину! Защитим и ни перед чем не отступим!

 

Татьяна ЗАЙЦЕВА,

г. Волгоград, Октябрьский лицей, 10 класс

 

Фото с сайта Allday.ru

Обязательно загляните сюда:

  • Военная история любвиВоенная история любви Не знаю, где я нежности училась. Быть может, на дороге фронтовой? Юлия Друнина        Этот год – 65-летие Великой Победы. Моя прабабушка […]
  • Зачем мне помнить о войне?Зачем мне помнить о войне?     Три года назад, когда я была школьницей и председателем литературно-краеведческого клуба «Поиск», у меня и в мыслях не возникал этот вопрос. Но я […]
  • Гордость ценою в боль миллионовГордость ценою в боль миллионовВойна… Мы, дети XXI века, знаем о ней из учебников и рассказов дедушек с бабушками. И гордимся, что в роду у нас есть те, кто не жалел своих жизней ради нашего с вами мирного, […]
  • Разговор о военном детствеРазговор о военном детстве     За несколько лет до начала Великой Отечественной войны семья Марии Николаевны переехала из Пологого Займища в село Травино: её отцу нужна была операция. У […]
  • Наша ГуляНаша Гуля     Когда я была младше и боялась темноты, папа всегда говорил мне: «Не бойся! Будь как Гуля!» Мои подруги удивлялись: «Кто такая Гуля?» […]
  • Воспоминания моего дедушкиВоспоминания моего дедушки     Мой дедушка, Павел Иванович, – один из тех, кого называют детьми войны. Они не сражались за свободу Родины с оружием в руках, но сполна хлебнули горя […]

Вам также может понравиться

Об авторе Анна Идиатулина

3 комментария

  1. очень интересное и насыщенное интервью с элементами художественного стиля. прочла запоем!

  2. Да, интересно и похвально, но, имхо, как-то чересчур много лишних деталей… Текст перегружен тем, что автор предыдущего комментария назвал «элементами художественного стиля»: «Я волновалась…», «Я пришла…», «Я зашла…», «В глаза мне ударил яркий свет…». Кому это интересно? Зачем это? Вы же пишете не о себе, а об Алексее Владимировиче — и тем не менее постоянно оттягиваете внимание читателя на собственные переживания. Это, в принципе, не есть плохо, но именно в данном тексте неуместно. Не обижайтесь, материал ведь в целом хорош! Но всё же подумайте над моими словами…

  3. А мне кажется, что это намеренное оттягивание встречи с героем, напротив, заставляет ждать её с нетерпением, повышает значимость будущей встречи в сознании читателя. И потом, вот если бы девушка написала, что войдя в квартиру поправила причёску и подкрасила губы, а ей предложили тапочки синего цвета с белой ромашкой сбоку — это да, это лишние детали и оттягивание внимания на собственные переживания. Но она с самого начала раскрывает именно образ Алексея Владимировича — через фото, через его дочь. Так что, ИМХО, удачный приём!

Добавить комментарий