Андрей Кобяков: «Журналистика и истерика – понятия несовместимые»

Разбор полётов     Сегодня «разбор полётов» проводит выпускающий редактор онлайн-издания Deutsche Welle, автор интернет-сайта Mediasprut.ru Андрей Анатольевич Кобяков.

 

     Честно говоря, фразой, вынесенной в заголовок, можно было бы и ограничиться. Но поскольку во всех трёх анализируемых работах есть и позитивный момент, я вкратце их разберу.

     Журналистика и сочинительство – принципиально разные вещи. Последнее, правда, может служить на определённом этапе тренировкой для будущих журналистов. В этом и есть вышеупомянутый позитив: желание и умение ребят писать – грамотно и толково, складно и уверенно.

     Начнём с попытки определения жанров. Тексты «Мама! Посмотри на меня – я твой ребёнок!» и «И снова о любви» – братья-близнецы, хотя и не однояйцевые: в одном поётся о несчастье, в другом поётся о любви. Перчинка цинизма здесь добавлена умышленно. Потому что журналистам без него (в разумных пределах) никак нельзя. Иначе вместо публикаций, насыщенных беспристрастной информацией, мы будем производить охи и ахи, разукрашенные восклицательными, вопросительными знаками и многоточиями.

     Единственный жанр, который, на мой взгляд, более или менее подходит к обоим текстам, – реплика. Авторы используют личное местоимение «я», а это в журналистике оправданно лишь в репортажах, комментариях, репликах и авторских колонках. И в первом, и во втором случае наличествует проблема (преступное отношение к детям и вымирание любви). Однако ни одна из реплик, к сожалению, не продвинула решение этих проблем: источники их возникновения остались за кадром, конструктивная критика («это плохо – надо так…») отсутствует, попыток предложить свои, оригинальные пути решения и спрогнозировать развитие проблемы тоже нет. Зато в изобилии ретрансляция прописных истин в форме банальных цитат: «Они лишены детства», «Как страшно жить», «Эгоизм и слабость…», «Любовь стала вымирать»… Всё это перемежается вскрикиваниями и всхлипываниями на фоне «воинствующей растерянности» – вопросительный и восклицательный знаки требуют очень осторожного обращения.

     Много лишних слов и фраз. Для чего писать «совсем недавно»? А если недавно, но не совсем, то это – в данном случае – что-то меняет? Или, например, фраза «Могу рассказать ещё одну историю». И я могу. А нужно? Явно хотелось перекинуть мостик. Делается это разными способами. Самый экономный – отточие. Это такое многоточие, которое ставится в начале предложения. А лучше всего – подзаголовок.

     В тексте о любви также показателен первый абзац: «Одна фраза, которую я в разных вариациях в последнее время начал слышать от многих людей, вдохновила меня написать этот текст. Он не имеет никакого научного обоснования и является просто изложением моих мыслей по данной проблеме». Нагромождение конструкций с предлогами – «в разных вариациях в последнее время от многих людей» – явно не от хорошей жизни. Автор пытался как-нибудь начать, разбежаться. Так и нужно было взять да и начать с самого начала, например, так: «Любви не существует!» – этот тезис звучит всё чаще». Всё, точка. Дальше сразу по делу. Не нужно объяснять очевидное (про вдохновение) и заранее оправдываться (про науку) – и так всё ясно.

     Рецензия – так можно определить жанр текста под названием «99 франков», или Как я читала Бегбедера». Профессиональная рецензия основывается на дистанцировании от собственных вкусов и сдерживании излишних эмоций. Если жутко не нравится некое утверждение, то нужно привести веские аргументы в пользу обратного, добавив при этом «на мой взгляд». И ни в коем случае не опускаться до офисных колкостей. В начале рассказа о «ненавистном шедевре» есть такой пассаж: «На этом новом символе эпохи я бы и хотела остановиться. Что же это за фрукт?». Позвольте, но в глазах читателя герой ещё не заслужил этих эпитетов. Кстати, авторской желчью пропитан весь текст от начала до конца, и это производит совершенно противоположный эффект: автор сразу же настраивает читателей против себя.

     Проигрышным дебютом является и фраза «Будучи человеком, старающимся идти в ногу со временем…». А я не читал эту книгу (и я такой не один!) – и был за это отшлёпан. Про «оппонентов» тоже писать не стоило: это банально, из разряда «я уже слышу возмущение критиков…». И заигрывания с читателями («вы знаете…») следует избегать. От журналиста ждут информации и аргументов, а не эпистолярного панибратства.

     Читая далее текст, поймал себя на мысли, что хочется вытереть ладонью лицо – от брызг слюны. Особенно там, где следует каскад восклицательных предложений и уничижающих, но абсолютно голословных эпитетов. «Простите, но такую поганую речь я встречала только у Паланика». Стоп! Во-первых, налицо оскорбление. А это уже красная карточка (далее в тексте их, увы, немало). Во-вторых, а кто такой, извините, этот ваш Паланик? Средний читатель не обязан этого знать. Нужно было пояснить. Если вас понимают менее 70 % аудитории, то, пожалуйста, освободите трибуну. А если он написан для остальных 30, которые «в теме», то подобный стиль вдвойне недопустим: оскорбления косвенно адресуются и тем, кто придерживается иного мнения.

     Кстати, нельзя ругать язык автора произведения, прочитанного в переводе. А может быть, это переводчик всё испоганил – таких случаев хоть отбавляй. Ну и главное – ничего не понятно. То есть нет детального разбора хотя бы двух-трёх самых показательных дефектов произведения, но в законченных сюжетах. Зато есть эпиграф, но он себя не оправдывает, поскольку не гармонирует с сущностью изложения. Хотя имя автора цитаты вполне дополняет тот тон, который выбрал рецензент. И это в данном случае – дополнительный минус.

     А самый большой минус «рецензии» – демонстративное самолюбование. Творческий нарциссизм в журналистике противопоказан; в том числе из-за этого, кстати, большинству писателей журналистика не по зубам. Ведь мы работаем на конвейере, порой без права на перекур, а не сидим нога на ногу у мольберта, мурлыкая и поглядывая на себя в зеркало.

     Среди общих недостатков всех трёх текстов – их заголовки и судорожные концовки. Когда материал публикуется в Сети, то его главным двигателем на пути к читателю становится заголовок – интригующий, но информативный. Думать над ним приходится порой дольше, чем писать сам текст. А заканчивать статьи нужно мягким приземлением, а не соскоком прогнувшись. У читателей и мысли не должно возникнуть о том, что автор из последних сил дописал и вздохнул с облегчением. Даже если это и в самом деле так.

 

     От редакции: если вы не хотите, чтобы ваш текст разбирался в этой рубрике, заранее сообщите нам об этом, публикуя его на сайте.

Обязательно загляните сюда:

Вам также может понравиться

Об авторе Анна Идиатулина

10 комментариев

  1. Хороший разбор, ИМХО, получился. Как сам рецензент сказал, с перчинкой цинизма, что украшает. Только я всё же хочу за автора рецензии вступиться. На мой взгляд, это самый качественный текст из всех анализируемых. Девушка с хорошим кругозором, ч/ю и очевидно интеллектом. Да, желчи в её тексте многовато, но ведь рецензии куда более грубые с удовольствием печатают даже известные журналы. Неужели её даже похвалить не за что? Может, это такая колонка о литературе, а не рецензия вовсе? Ей Богу, «за державу обидно» (с)!

  2. Эх, спасибо) Есть, конечно, что возразить, да не стану этого делать. Так как я не являюсь пока полноценным журналистом, а только учусь. Просто я для себя кое-что уяснил. Один редактор — это хорошо. Два редактора — виноват журналист))

  3. Надо так понимать, что в Ваш текст вносились противоречивые исправления?

  4. Собственно, я то же самое подумала. Жаль, не сохраняю первоначальные варианты текстов, но, помнится, кардинально ничего не меняла. Разве что «в разных вариациях» — это действительно моё. Потому что изначально было что-то вроде «Одна фраза, которую я постоянно слышу от разных людей, < далее по тексту> — «Любви нет!», «Её не существует!», «Любовь – это слово, придуманное людьми».

    «Любви нет!», «Её не существует!» и «Любовь – это слово, придуманное людьми» — это уже целых ТРИ фразы, а не одна (хоть все они и обладают схожим смыслом).

    Антон, я всё так подробно разъясняю, т.к. считаю, что именно эта правка Вам не понравилась. Но обратите внимание, что основные замечания рецензента касаются ТЕКСТА В ЦЕЛОМ, а не только начала с «нагромождением предлогов».

    К тому же сколько людей — столько и мнений. Читателям сайта Ваш текст ведь понравился.

  5. Да я обратил внимание на все )) Я просто хотел сказать, что если один редактор корректирует текст — это хорошо, а если несколько, то этого уже, как мне кажется, не должно быть. Ведь, как вы правильно заметили, сколько людей, столько и мнений)) Я не хотел, чтобы что-то плохое увидели в моих словах…

  6. Простите, может, это, конечно, и не моё дело, но, по-моему, неважно, вносились в текст Антона противоречивые исправления или нет. Текст, мягко говоря, далёк от журналистики и больше подходит к разряду сочинительства. Ну подумайте сами, Антон, какая редакция оторвала бы у Вас этот материал с руками? Разве что редакция школьной стенгазеты. Это не значит, что Вы плохой журналист — просто именно этот текст у Вас недотянут.
    А вот про телефон «Отелло» мне, например, очень понравилось! Так что пишите — и не отвергайте критику. Чем больше редакторов-корректоров выскажут своё мнение, тем лучше для Вас.
    Ведь все они, надо полагать, не с улицы пришли.
    Так что мотайте на ус — а уж как быть в итоге, решайте сами.

  7. Да, текст далек от журналистики, вы правы. Поэтому я и сказал в первом своем комментарии, что мне есть, что возразить, да я не стану. А вообще… Советую автору предыдущего комментария посмотреть старый советский мультфильм. Я не помню его названия, а помню, что там песенка звучит, что-то вроде: «Фильм, фильм, фильм». Там автор текста(сценария к фильму) бегал по кабинетам, чтобы утвердить свой текст. Выйдя из одной двери, на тексте стояла надпись:»Убрать»(урезать текст). Выйдя из второй двери, на тексте уже другая надпись: «Добавить»)) Я поэтому и говорю, что один редактор — это хорошо. А критику я вопринимаю нормально. Даже у состоявшихся журналистов случаются промахи, что уж обо мне говорить?)) И вообще… Я считаю, что человек должен сам учиться. Преподаватель только задает направление. Иначе мы так навсегда и останемся в рамках, в которые нас садят литературные каноны. А я рамок не люблю)) Но это опять же исключительно мое мнение))

  8. >Советую автору предыдущего комментария посмотреть старый советский мультфильм. Я не помню его названия, а помню, что там песенка звучит, что-то вроде: «Фильм, фильм, фильм».

    Ну просто «поди туда, не знаю куда» =)) Антон, я смотрел этот мультик. Кстати, он так и называется — «Фильм! Фильм! Фильм!»

    Вы молодец, что тактично гнёте свою линию. Я тут перечитал все Ваши материалы и хочу сказать, что в Вас есть, быть может, самое главное, что нужно журналисту: умение не пройти мимо чужой беды, доброе сердце. Пишите. Всегда с удовольствием буду читать Ваши тексты (независимо то того, близки они к журналистике или далеки от неё).

    Михаил.

Добавить комментарий